Навигация

Подписаться на рассылку

Темы форума

Последние статьи

Table './elmoran_proobzor/fusion_articles' is marked as crashed and should be repaired
Нет статей

Случайная картинка



Альбом: Спорт

Случайный анекдот

Как известно, в России две беды. Одну из них можно решить с помощью асфальтовых катков. Да и дороги при этом улучшаются.

Doberman 01-02-2010 15:19

Просмотреть все »

Авторизация

Логин

Пароль



Забыли пароль?
Запросите новый здесь.

Совет

Мини-чат

Вы должны авторизироваться, чтобы добавить сообщение.

13-01-2017 19:37
Со старым новым годомЙ

11-03-2013 17:05
Народ!!! Весна пришла. УРА

05-08-2011 18:04
Ура жара спала... купальный сезон закрыт

16-04-2011 21:02
Весна пришла!

22-11-2010 18:18
Эх, еще бы такая осень подержалась...

Архив чата

Счётчики


Рассылка 'Анекдоты о жизни'
Rambler's Top100

Нам помогают

Table './elmoran_proobzor/fusion_online' is marked as crashed and should be repairedTable './elmoran_proobzor/fusion_online' is marked as crashed and should be repairedTable './elmoran_proobzor/fusion_online' is marked as crashed and should be repaired

Сейчас на сайте

Table './elmoran_proobzor/fusion_online' is marked as crashed and should be repairedTable './elmoran_proobzor/fusion_online' is marked as crashed and should be repaired· Гостей: 0

· Пользователей: 0

· Всего пользователей: 352
· Новый пользователь: vessita

Интервью с Алексеем Чадовым и день рождение Агнии Дитковските

Кино

ЧадовАлексей Чадов не устает баловать свою любимую девушку актрису Агнию Дитковските.

На днях Агния отметила свое 19 летие. В честь праздника актер преподнес невесте подарок, о котором мечтает любая женщина.
– Я подарил Агнии восхитительное кольцо с бриллиантами, – рассказывает Алексей. – Могу сказать, что моя любимая была просто на седьмом небе от счастья! День рождения мы отметили в тесном кругу, пригласили только родственников и близких друзей, так что гостей было немного – всего 40 человек.

А так же интервью с актером.

-- Алексей, последние два года вы один из самых востребованных молодых артистов. На вас обрушилась колоссальная популярность, но вот звездности в вас что-то не заметно. Почему?

-- Не знаю. Наверное, если б было очень много денег, то, наверное, появилась бы и звездность. Здесь, как мне кажется, многое зависит от величины гонорара. А если серьезно: то зачем звездиться? Работать надо, а работы сейчас очень много, не до звездности. Звездятся те, кому делать нечего.

-- Вы в случай верите? Ведь считается, что от него во многом зависит судьба актера. Вам повезло?

-- Да, мне повезло. Мне кажется, что я свою удачу вовремя заметил и ухватился за нее. Но я здесь не исключение. У каждого в жизни есть такой счастливый случай, просто не каждый может его увидеть. Некоторые чего-то боятся, и из-за своей трусости делают ошибки. Правда, бывает, что счастливый случай находит тебя и во второй раз. Сегодня у актеров больше шансов для везения. Очень большое поле работы. Раньше сложнее было – фактически не существовало своего кино, своих сериалов, своей рекламы. Я помню, как Андрей (Андрей Чадов, актер, старший брат Алексея Чадова – Ред.)на первом курсе театрального училища снялся в рекламе. После этого он стал национальным героем в нашем районе. Помните этот ролик со слоганом: «Для тех, кто правда крут».

-- А вас самого что-то в рекламе не видно?

-- Да зачем она мне сейчас? Это ж не творчество, а деньги.

-- В кино у вас все складывается очень хорошо, а в театре пока только одна роль – Труффальдино в спектакле «Эй, Труффальдино!». Больше играть на сцене не хочется?

-- Да нет, мне пока Труффальдино хватает. Времени мало. Да и игра на сцене - процесс очень трудоемкий. В театре все не совсем так как в кино. И люди по иному общаются, и отношения в коллективе нужно долго выстраивать, а очень часто они не складываются - актеры ведь люди все очень сложные.

-- Но поступали ли вы все же в театральное училище, и, наверное, на первых курсах думали, что потом будете работать в театре?

-- Да. Но дело в том, что я был избалован театральной студией, в которой занимался в детстве и юности. Мы были молодые, дружные, и очень хотели сделать что-то очень хорошее и интересное. А во «взрослом» театре все сложнее. Здесь важно собрать команду очень похожих друг на друга людей, единомышленников. Если по своему мироощущению актеры разные, то это уже мешает работе. Я сделал свой выбор в пользу кино, и, думаю, что был прав.

-- Как проходила работа над спектаклем «Эй, Труффальдино»?

-- Это была долгий процесс, очень разнообразный, и сложный и простой одновременно. Это ведь антреприза, все занятые в ней актеры еще где-то работают, поэтому много времени ушло на то, чтобы собрать всех вместе, организовать график. По-правде говоря, спектакль еще делается. Мы сейчас его обкатываем в разных городах России, вот разыграемся, притремся друг к другу, тогда можно говорить о нем как о готовом проекте.

-- А как зрители и критики оценивают спектакль?

-- Кому-то «Эй, Труфальдино» нравится, кому-то – нет. Критики по-разному реагируют. Там очень много почвы для обсуждения. История ведь современная, хотя и не нарочито, но многих это настораживает. А обычным зрителям, насколько я знаю, очень нравится.

-- В кино вам везет на «военные» роли. Почему так получается?

-- Надеюсь, что уже не везет. Действительно, у меня было несколько военных фильмов. Думаю, что это произошло потому, что за два года до празднования 60-летия победы в кинопроизводство запустили очень много военных проектов. Приходишь на Мосфильм, а тебе говорят: «Леша, смотри сколько предложений!». И все, и сериалы и фильмы, про войну. А я уж выбирал из того, что мне предлагают, наиболее интересное. Честно говоря, от войны я немного устал. Правда, даже если б сейчас мне предложили сняться в «Девятой роте», я бы все равно согласился.

-- Вы работали со многими известными режиссерами. Кто из них вам больше всего дал в профессиональном плане?

-- Алексей Балабанов. Он дал мне очень серьезную профессиональную основу. Этот материал многие актеры до сих пор набирают, анализируют, проживают. А я получил его за два месяца работы с Балабановым, и до сих пор еще его проживаю. После Балабанова я уже шлифовал полученный опыт с, на мой взгляд, нашими лучшими режиссерами.

-- А есть такой режиссер, с которым вы бы хотели работать, но еще не работали?

-- Конечно, Мартин Скорсезе, например. Ну, это в шутку, а если серьезно, то в России сейчас много интересных современных молодых режиссеров, с которыми я бы хотел посотрудничать. Сейчас я работаю с Резо Гигинейшвили, и, если четно, я очень хотел этого. Ему 23 года, он был вторым режиссером на «Девятой роте», снял интересный сериал «Девять месяцев», потом взялся за кинофильм. С ним мне очень интересно.

-- На съемочной площадке вам тоже интереснее встречаться с молодыми актерами?

-- Не только. С киношными хотелось бы больше работать. Объясняю: для себя я разделяю актеров на разные категории, не качественные, а различные по диапазону, -- на актеров сериалов, театра и кино. Если ты играешь в сериалах – это одно, в кино – другое, в театре – третье. Вот я бы, наверное, не мог играть в сериалах. Я так не умею, не потому, что я такой очень крутой, просто – другой. Сериал – это особый жанр, и играть его надо уметь. Мне, кажется, там нельзя к роли слишком серьезно относиться. Люди, работающие в кино, по особому смотрят на роль, мне за ними очень интересно наблюдать: как они готовятся к роли, как работают в кадре.

-- Бывает так, что после выхода фильма вы понимаете, что сыграли те так, как надо?

-- Конечно. Я очень самокритичен, и прекрасно вижу все свои огрехи. Сейчас, например, я бы совсем по-другому сыграл в «Войне», уже в силу своего возраста и опыта. Но тут уж ничего не вернешь, и в этом сила киноискусства.

-- Одни из ваших новых фильмов -- «Orange Love» -- психологическая драма. Пробуете себя в новом жанре?

-- Да. Я стараюсь сниматься в разных фильмах. В похожих картинах работать не интересно. А на историю, рассказанную в «Orange Love» я сразу «клюнул». В фильме играют только два человека – он и она. Остальные герои хоть и появляются, но их почти не видно, даже снято так, что лица неразличимы, поэтому зритель их не запоминает. Очень рад, что снялся в этой картине. Она одна из моих самых любимых.

-- Но своей вершиной, вы, наверное, считаете все же «Девятую роту»?

-- Конечно. Но это уже пройденный этап. Надо идти дальше.

-- А артхауз вас не привлекает?

-- С удовольствием снялся в таком фильме. Правда, у нас арт-хаус еще не закрепился. Здесь многое еще сыро. Хотя, интересные картины уже есть.

-- Не хочется попробовать себя в каком-нибудь другом жанре, сыграть, скажем, характерную роль?

-- Хочется, но пока что-то никто такую роль не предлагает.

-- Мне кажется, режиссеры вас видят в образе «героя нашего времени».

-- Ну а почему бы и нет? Все мои герои непростые персонажи, у них сложные судьбы. Да, социально они немного напрягают простого зрителя, но они узнаваемы. Мне интересно играть такие роли, а зрителям, наверное, интересно наблюдать за моими героями.

-- А кто, на ваш взгляд, герой нашего времени?

-- Женя Родионов, который погиб в Чечне. Для меня это настоящий герой этой войны, этих лет, этой проблемы. Обычный русский парень, 19-ти лет. Только подумайте, каким мужеством нужно обладать, чтобы принять такую смерть! Я преклоняюсь перед таким поступком. Кто еще? Дима, который вместе со мной снимался в «Живом». Он в девять лет лишился ноги, но сегодня его жизнь ничем не ограничена – он занимается футболом, чемпион каких-то соревнований, очень позитивный человек, заражающий своим оптимизмом других людей. С ним приятно и интересно общаться. Я удивляюсь таким людям и опять-таки преклоняюсь перед ними.

-- Вы можете назвать своих учителей в профессии?

-- Да. Первый и главный учитель – Вячеслав Иванович Кожихин, руководитель моей театральной студии в Переделкино. Он повлиял на формирование моей личности, научил ответственности, показал, как надо работать. В театральном институте моим учителем был художественный руководитель кура Владимир Владимирович Прохорович, он дал мне очень многое в профессии. И, конечно, Алексей Балабанов, о котором я уже говорил. Но я учусь до сих пор. Все люди учатся, а нам, актерам, учиться надо всю жизнь. А для этого нужно очень много работать.

-- Глядя на вашу актерскую биографию, создается впечатление, что ваше обучение в основном проходило на практике.

-- Да. Я, вообще, практик по жизни. Теорию не люблю, считаю, что это лишняя трата времени, а его очень мало. В институте я очень переживал, что мы слишком много времени тратим на лекции, просто просиживаем часы, и мало что получаем из реальной практики. У нас было очень много теории, которую, как мне кажется, можно было безболезненно сократить раза в два. А человек впускается из института, голова у него забита всей этой теорией, которую вбивали в него четыре года, и он теряется, так как просто не знает, с чего начать практиковать. Если ты после курса в хороший коллектив попадешь, к хорошему режиссеру, тебе помогут, а если нет? Учиться на практике, по-моему, проще.

-- Чье мнение о вашем творчестве для вас особенно важно?

-- Таких людей очень много. По именам называть – долго будет. Есть журналисты, актеры, режиссеры, которые искренно относятся к моему творчеству, их мнение для меня очень важно.

-- А на критику «за глаза» вы как реагируете?

-- Сначала выслушиваю ее, а потом прошу познакомить с человеком, который так обо мне говорил. Мне нужно видеть его и понимать, что он из себя представляет. Есть люди, критика, которых мне важна. Я к ним прислушиваюсь. Но для этого надо быть «моим» человеком: смотреть на мир также как я, также относиться к современности, иметь те же ценности.

-- А какой человек «ваш»?

-- Современный, простой, искренний, желающий что-то изменить в жизни, творческий… Например, тот, кто скажет, что «Красота по-американски» – плохой фильм.

-- Вы бы могли выбрать другую профессию?

-- Наверное. Но, честно говоря, я никогда серьезно не думал о том, что смог бы я делать, если б не стал актером. Я всегда знал, что если мне будут нужны деньги, я их найду. В 13 лет мыл машины, на стройке помогал, потом, когда учился в вузе, барменом работал. Кстати, эта профессия очень многое дает, с ее помощью вырабатываются качества, которые потом очень пригождаются в актерской профессии.

-- Многие актеры со временем становятся режиссерами. У вас нет такого желания?

-- Есть большое искушение. Кстати, это закономерно, когда актер, отработав в профессии какое-то время, становится режиссером. Если актер захочет снять кино, он это обязательно сделает. Удачно или неудачно – уже другой вопрос. Я к своему желанию очень серьезно отношусь. Чтобы все получилось нужно время. Мы с Андреем задумали сначала придумать какую-нибудь хорошую историю, потом на ее основе написать сценарий, а затем уж снять фильм.

-- Судя по всему, вы с братом вы очень близки.

-- Да. Родней человека у меня нет. Мой лучший друг, моя вторая половина, мой единомышленник до мозга костей. Мы очень любим друг друга.

-- У популярности есть хорошая сторона, и есть плохая. Что вам доставляет удовольствие в хорошей, и что раздражает в плохой?

-- В хорошей то, что представители ГАИ и милиции, когда меня узнают, иногда идут мне навстречу.

-- А вы что даете милиции повод обращать на себя внимание?

-- Нет, я, вообще, не люблю давать какие бы то ни было поводы. Но в жизни бывают серьезные и очень напряженные ситуации, которых трудно избежать. Легче стало с бытовой точки зрения. В аэропортах, например, теперь очень удобно. Помню, как несколько лет я должен был лететь на съемки фильма «Второй фронт», но меня не пустили в самолет, так как я минут на пять опоздал на регистрацию. А Алексей Серебряков, с которым мы вместе снимались в этой картине, с легкостью попал в тот же самолет минут за 15 до его взлета. Сейчас все эти условности упростились, что не может не радовать. А среди минусов популярности, прежде всего, слишком много внимания. Я, вообще, этого не люблю. Был бы девушкой, наверное, радовался. А так мне все это поперек горла.

-- Среди ваших картин есть несколько с иностранным участием. Как съемочный процесс организован «у нас» и «у них»?

-- Я еще не снимался в стопроцентно иностранном фильме, так что точно не могу сказать о зарубежном процессе кинопроизводства. О том, что я видел, скажу, что в картинах с иностранным участием процесс съемок организован значительно лучше. Прежде всего, это касается разделения производственной и творческой стороны и четкого проведения между ними линии. Актеры – отдельно, а технический персонал группы – отдельно. А у нас все в одной куче. Дело не в том, что люди не должны общаться друг с другом, а в том, что .они не должны друг другу мешать. Нужно понимать, что человека, который читает роль, не нужно отрывать от сценария глупыми вопросами, и не нужно дергать его перед кадром. Это не работают на твой статус, звездность, это совсем другое. Например, съемки «Orange Love» в Киеве проходили идеально. Продюсеры фильма американцы, которые учились этому бизнесу у себя на родине, и очень хорошо организовали съемочный процесс.

-- А за границу вас сниматься не звали?

-- Звали, но пока очень интересных предложений, такого, что бы меня «зацепило», не было.

-- Все ваши герои – с внутренним надрывом, с изломом. Да и профессия у вас очень нервная, смысл которой заключается в расшатывании собственной психики. Как вы после такого напряжения потом восстанавливаете свои силы?

-- Да, все правильно, и герои с надломом, и профессия беспокойная. Способов для восстановления сил несколько. Первый – встречи и общение с друзьями, а их у меня очень много, как правило, они не причастны к моей профессии, это очень мужественные люди, которые занимаются вещами, не связанными с творчеством. А актеров среди моих друзей мало, с ними, порой, сложно в жизни – здесь нужно очень внимательно подбирать друзей. Еще меня расслабляют поездки на море: вода, солнце, тишина и выключенный телефон. В лесу тоже люблю гулять, шашлык там устраивать.

Комментарии

Нет комментариев.

Добавить комментарий

Пожалуйста, залогиньтесь для добавления комментария.

Рейтинги

Рейтинг доступен только для пользователей.

Пожалуйста, залогиньтесь или зарегистрируйтесь для голосования.

Нет данных для оценки.
Время загрузки: 0,06 секунд
9,794,183 уникальных посетителей